Рыбалка | Отчеты о рыбалке | Жор щуки на лесном озере

Жор щуки на лесном озере

Окуньки клевали беспрерывно, большей частью некрупные,. Три флажка поднялись над треногами-жерлицами почти одновременно.

Обычно мы приходим к Озеру в марте. Тогда случается, что кроме черных окунишек-конголезцев, можно поймать на жерлицы одну, две, десять щук, в зависимости от настроения местного Хозяина-Чертяки, или от каких других причин… Но как то, решили навестить Лужъяр по перволёдку, хотя толку, наверное, не будет. Рыбы можно будет потом и на Волге-водохранилище наловить, успеется, – решили мы и в нетерпении заспешили к озерной тишине и нашей старой землянке, вырытой среди молчаливого соснового бора, на песчаном бугре у Озера.

Снег на льду был по-зимнему нетронуто свеж и сух. Идти по нему на лыжах было бы одно удовольствие, но местами под снег выступала коричневая вода, словно кофе с молоком, и тогда лыжи приходилось чистить от наледи. Не помогала и мазь.

В заливе у речки нет ни одного человеческого следа и лунок. Кругом снежная целина, лишь расчерченная заячьими и лисьими следами. Эта нетронутость и тишина и манит нас сюда, пусть, случается, и скудна добыча.

– Ну, Димка, попьем чайку и рыбачить? – оглядываюсь на сынишку.

– А ты блинчики мамины взял? – кряхтит Димка, сбрасывая с плеч рюкзак.

– Блинчики-блинчики… Я тоже сам котлет навертел, специально для тебя, пальцы отъешь. Будешь?..

– Буду, но сначала блинчи, – упрямо сопит сын и отирает пот с раскрасневшегося лица. Устал, но крепится, не подает вида. В зимней одежде он похож на смешного крепыша-медвежонка.

Наскоро завтракаем и бурим первые лунки. Вот и юркнула в темную торфяную воду маленькая мормышка, горящая начищенной латунью. Едва кивок прогнулся под ее тяжестью, как тут же затрепетал мелко-мелко. Подсечка!.. И сразу же из лунки вылетает ощетинившийся черномазый окунек и, снятый с крючка, начинает настойчиво-зло биться в глубоком следе, наполняющемся водой. Димка рядом тоже тянет кого-то. Но у него окунек уже больше ладони. И сын в восторге поднимает удильник с окунем.

– Пап, ты видишь какой?!. Твоего больше немного. Видишь?

– Давай-давай, лови, – вроде бы ворчу, но мне радостно вместе с сыном от его наивного, искреннего и азартного восторга.

Окуньки клевали беспрерывно, большей частью некрупные, но попадались и в полторы ладони. Один раз после подсечки я ощутил неожиданную тяжесть, несоразмерную со снастью. Не дыша, я водил, томил рыбину, гулявшую на леске-паутинке подо льдом. Но, казалось бы, крепкая леска не выдержала. Тонко звякнув, зацепившись за край лунки, она обвисла и стала противно податлива. А я сидел и, все еще не веря, смотрел в черную воду. Сын сочувственно наблюдал со стороны, но молчал и еще старательнее тряс мормышкой.

В в это время мы здесь еще никогда не ловили щук, и поэтому жерлицы выставляю, скорее, по привычке, чтобы уж весь арсенал снастей использовать, ну и для проверки-эксперимента. Выставив десяток треног с витыми пружинками-флажками, возвращаюсь к сыну, азартно таскающему окунишек. Но едва сел на стульчик, как словно пружиной подбросило!.. Глазам не верится… Сразу три флажка поднялись над треногами-жерлицами и затрепетали на ветерке, гордо и торжественно. Бросаюсь к жерлице, где вовсю со свистом раскручивается катушка. Есть!.. Рука после подсечки ощущает упористую тяжесть. Рыба ходит на леске сильно и резко, что всегда отличало хищника этого озера. Выбрасываю на лед щучку за килограмм и сразу же бросаюсь ко второй жерлице. Там лески на катушке уже нет, ее сбросило-раскрутило до конца, пока я возился с первой щукой. Только видно, как елозит в снегу тренога, переваливаясь с бока на бок. «Сидит», — мелькает самоуверенное и — вслух:

– Димка, еще одна!.. Сейчас возьму! – кричу сыну.

И тот уже вовсю несется ко мне в щлейфах снега, смешно закидывая неуклюжие в валенках и химчулках ноги. Но, как говорят, ангелы слышат мысли, а бесы слова, – после подсечки на леске вроде бы что-то хрустнуло, и она пошла из лунки уже свободно… В досаде бросив эту жерлицу, бегу к последней, третьей. Там щука сидела надежно, самозасеком. Потом пришлось долго доставать тройник.

Этот удивительный жор длился два дня, что мы пробыли на озере, а потом, приехав через неделю, мы застали Озеро снова уже спящим и унылым, в мглистом свете кружащихся снегов. Лишь кружил над белым пустым озером одинокий ворон, теребили редко-редко окуньки с палец, а флажки жерлиц были угрюмо неподвижны все два дня, проведенных нами на Озере…

Александр Токарев и fishx.org

Советую прочитать:

Рождение рыболова

Рыбалка на островах

Фидер у лунки

Перейти на наш канал в Яндекс Дзен

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.