Рыбалка | Отчеты о рыбалке | А всего лишь хотел блесну проверить…

А всего лишь хотел блесну проверить…

Цветной металл сейчас в цене. Щуки под самой лодкой на блесну вешаются!.. Чудеса если и случаются, то только порционно, чтобы остаться чудесами.

Большой Мартын стал в последнее время капризен и не щедр на рыбу. Помнится… Опять это банальное – «помнится…». Так и тянет сесть на завалинку, свернуть «козью ногу», а дальше – точно по писаному: «Инда рассупонилось солнышко, расталдыкнуло свои лучи по белу светушку. Понюхал старик Ромуальдыч свою портянку и аж закондобился…». Классика… Или что-нибудь вроде: «…а раньше и снег белее был». Но вот помнится и все тут, как с пацанами Игорем, Вовкой, Коликом, Серегой (а ныне из них, теперь бы тридцати-сорокалетних, только один живой, да и тот, говорят, – в тюрьме за убийство) рыбачили мы неделями на Мартыне. Ловили окуня на удочку с тяжелых плотов-салок, уставая подсекать жадно клюющую рыбу. И в полторы ладони окушок не был редкостью. А поставишь в жаркое глухолетье-июль на озере жерлицы – щуку, может, и не подманишь, но окунь-горбач с килограмм и более обязательно схватит живца. Окунь на Мартыне тёмный, как и торфяная вода. Поскучнело Озеро, наверное, с тех пор, как потравили вокруг него, то ли жука, то ли еще какую зверюгу. Перестал клевать окунь, но зато затеребил червяков на крючках в то лето полосатый «мизгирь» с палец. Такого мелкого окуня еще никогда не видели здесь, поскольку, все же существуя, он не мог подойти к насадке – не давали более крупные собратья.

Со временем Озеро пришло в себя, оправилось. Но что-то все не попадали мы больше на отчаянно-азартный клев настоящего мартыновского горбача. Может быть, редко бываем теперь здесь?..

Михалыч сидит на плоту и тычет во все стороны «телескопом» – подкидывает червяка в оконца среди кувшинок. Редко-редко поплавок притопит, и выдернет товарищ окунька.

Я уплываю на лодке к противоположному берегу и готовлю спиннинг. От береговой полосы кувшинок начинается какая-никакая глубина и чистина. Она, эта чистина, словно река, потому что по правому борту тоже полоса кувшинок тянется. Здесь удобно проводить блесну, как раз вдоль травки, что по левому борту, что – по правому.

Отыскиваю в коробке средние блесенки а ля «Юбилейная». Ставлю желтую и – вперед! Фр-р-р! – шелестит леска, сбрасываясь с катушки. Бульк! Пауза… А теперь – к лодке. Повторим еще раз. Где-то там переваливается с боку на бок латунная «колебалка», а на нее во все глаза смотрят жадные щуки, мол, эх проглочу! Вот, наверное, у этой стайки желтых кувшинок затаилась яркоглазая щука, пристукивает в нетерпении хвостом. Сейчас-сейчас… И точно. Почудилось ли мне, а может быть, и на самом деле рябью подернулась вода, и мелькнуло что-то вслед блесне… Опять подбрасываю «Юбилейную» под кувшинки, и снова блесенку провожает кто-то осторожный. Хлещу воду в разных направлениях, подматываю то монотонно ровно, то с остановками; то быстро, то медленно, как под «Сонату си бемоль минор» Фридерика Шопена, а попросту – под траурный его знаменитый марш. И блесна, эта суматошная железка, не была одинока в своем пути. Постоянно кто-то ее сопровождал. Может быть, собрались сейчас там, в глубине цвета чая-чефиря, праздные сытые щуки и, словно римские патриции, похлопывают вслед какому-нибудь щуру-удальцу, отмечая его наиболее удачные финты.

Мне надоели эти игры, и я поочередно меняю блесны. Исчерпав весь набор колеблющихся, перехожу к «вертушкам». Щуки-патриции, видимо, сыто зевнули и отвернулись. На «Аглию-Mepps» зацепился лишь какой-то перепуганный окунек, и то сорвался с крючка. Снова перехожу на «колебалки» и задумываюсь: вроде бы все перебрал?.. Джиг-головки, твистеры, поролон – это все еще в нерешительном завтра. Блесны консервативно привычней. Нахожу медную самоделку, в которой чуть ли не отражается мое небритое лицо. Сразу видно, что она не использовалась – ни царапины, ни окисла. Ладно, проверим ее ход. Может быть, и не стоит щук пугать. Играю блесной вдоль бортов, туда-сюда, будто белье полощу. И вдруг – удар! Словно кто-то за руку схватил и потянул сильно в воду! Машинально автоматически подсекаю и выволакиваю из-под лодки щуку!.. Видимо, из тех самых, патрициев. Чем-то раздразнила их медная безделушка. Ах, да!.. Цветной металл сейчас в цене. Это что же творится на озере? Щуки под самой лодкой на блесну вешаются! При этом чихают они на классическую щепетильную проводку, знакомую нам еще из рыболовных энциклопедий.

Попробовал еще «пополоскать» под лодкой, но, видимо, чудеса если и случаются, то только порционно, чтобы остаться чудесами. А парочку щук я все же взял, оплыв озеро вокруг. Классически взял, на эту самую, медную…

Александр Токарев и fishx.org

Советую прочитать:

Мужская клятва

На озере воспоминаний и грёз

Через горельники за окунями на два с половиной килограммов

Перейти на наш канал в Яндекс Дзен

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.